Вторник, 19 января, 2021

Егор Божок: Вопрос присоединения Украины к Программе усиленных возможностей НАТО будет решен в этом году

Must Read

Чем чревато возвращение Навального

Задержание Навального по прилету из Германии говорит в пользу нового витка противостояния между российскими спецслужбами. Об этом пишет Владислав Гирман...

Белорусизация российского протеста

Российская оппозиция готовит население страны к будущим протестам. Насколько массовыми они будут пока судить достаточно трудно. На текущий момент...

Двойные стандарты Навального: нельзя быть против Путина и поддерживать аннексию Крыма

Алексей Навальный поддержал российскую аннексию Крыма, поддерживает политику Кремля в отношении Абхазии, Южной Осетии, Нагорного Карабаха и Приднестровья, т.е....

В этом году удастся достичь положительных результатов в вопросе присоединения Украины к Программе усиленных возможностей НАТО.

Об этом в эксклюзивном интервью информационному агентству «Интерфакс-Украина» рассказал заместитель министра иностранных дел Украины Егор Божок.

— В Министерстве иностранных дел Украины вы курируете так называемый безопасный блок. Какими конкретно вопросами вы занимаетесь?

Да. Основная моя специализация в Министерстве — вопросы международной безопасности и обороны. Если коротко, это: НАТО, как один из наших ключевых внешнеполитических приоритетов; международное измерение функционирования сектора безопасности и обороны Украины; контроль над вооружением; военно-техническое сотрудничество и экспортный контроль; кибербезопасность; противодействие гибридным угрозам. Я также являюсь заместителем председателя Комиссии по вопросам координации евроатлантической интеграции Украины и Национальным координатором по вопросам сотрудничества Украины с НАТО в сфере внешней политики, заместителем председателя Межведомственной комиссии по политике военно-технического сотрудничества и экспортного контроля.

Есть еще другие направления работы, такие как европейская интеграция, двусторонние отношения со странами Западной Европы, экономическая дипломатия, государственный протокол, но это уже, так сказать, другая сфера международной жизни.

— На пресс-конференции 20 мая президент Украины Владимир Зеленский объявил, что реформа государственного концерна «Укроборонпром» полностью готова и ее реализация должна начаться после карантина, введенного в связи с пандемией Covid-19. Расскажите, пожалуйста, более подробно об этой реформе. Что она предусматривает?

— Модернизация оборонно-промышленного комплекса Украины по прогрессивной западной модели является не только требованием времени, но и важной составляющей предусмотренной Конституцией интеграции нашего государства в НАТО. Поэтому эта реформа наряду с другими изменениями в оборонном секторе находится в поле зрения президента, Верховной Рады и Совета национальной безопасности и обороны Украины. Она является одним из магистральных задач правительства, в частности Минэкономразвития, Минобороны и МИД. Реформа ОПК и государственного концерна «Укроборонпром» — единственного государственного экспортера продукции специального назначения — также является предметом активного взаимодействия с нашими партнерами из НАТО, в частности США, Великобританией, Францией. Эти страны являются главными донорами и спонсорами, если можно так сказать, всех соответствующих процессов, которые происходят сейчас в Украине. В частности, ими профинансировано независимый аудит «Укроборонпрома» и других предприятий украинского ОПК и разработку их будущей концепции развития.

20 мая на пресс-конференции президент Украины объявил о том, что концепция реформирования «Укроборонпрома» и оборонной промышленности Украины завершена. Это сигнал, что в ближайшее время должны начаться практические мероприятия. В связи с этим действительно необходимо публично поблагодарить наших партнеров из США, Великобритании, Франции за ту поддержку, которую они нам уже предоставили и продолжают предоставлять.

Эта реформа важна и в контексте предоставления США материально-технической и финансовой помощи для развития Вооруженных сил Украины. Общий объем этой помощи, согласованный Конгрессом США на этот год, составляет 250 млн долларов США. Речь идет о поставках высокотехнологичных средств, подготовку персонала и другие виды помощи.

— Что предусматривает концепция реформы ОПК Украины и ГК «Укроборонпром» в соответствии со стандартами НАТО?

— Первое — это демонополизация самой сферы экспорта продукции военного назначения и двойного использования. Долгое время единственным субъектом, который имел право спецэкспортера, был концерн «Укроборонпром», а именно семь его дочерних предприятий: «Укрспецэкспорт», «Прогресс», «Спецтехноэкспорт», «Укроборонсервис», «Промоборонэкспорт», «Таско-экспорт», «Укринмаш». Сейчас в рамках реформы принято решение отказаться от этой монополии и позволить украинским производителям самим экспортировать продукцию — подчеркиваю — собственного производства.

То есть, если есть предприятие, которое производит какой-то интересный отечественный продукт в сфере ОПК, ему больше не нужны услуги государственного посредника, он может осуществлять экспорт самостоятельно. И в последнее время все больше и больше компаний получают такие полномочия и восстанавливают позиции Украины на мировом рынке военной техники. Это настоящий прорыв и заслуга Минэкономразвития, лично заместителя министра Светланы Панаиотиди, за что ее стоит поблагодарить. В то же время, экспорт продукции государственных предприятий ОПК и в дальнейшем останется прерогативой государства. Это нормальная мировая практика.

В этом контексте важным является другой элемент, а именно оптимизация структуры государственного спецэкспортера, то есть ГК «Укроборонпром», во избежание искусственной конкуренции между его дочерними предприятиями на иностранных рынках вооружений. Есть такое видение, что семь «дочек» много. Сейчас идут дискуссии, сколько их должно быть. Наши западные партнеры, и МИД это поддерживает, рекомендуют нам оставить одно предприятие — мощное, современное, гибкое, квалифицированное, то есть способное достойно конкурировать на мировом рынке вооружений и военной техники, а не только «воевать» в кабинетах «Укроборонпрома» «лакомый» контракт.

Следующий элемент — это ОПК как таковой. Со времен Советского Союза мы унаследовали подход, вся оборонная промышленность должна быть собственностью государства. Так было 70 лет Советского Союза, и так, к сожалению, в большинстве случаев продолжает быть до сих пор. Впрочем, этот актив, который остается не только во владении, но и на содержании государства, является громоздким, в большинстве своем устаревшим, убыточным или обанкротившимся и, по сути, очень часто просто ненужным бременем для государственного бюджета Украины, а соответственно, для граждан Украины, которые платят налоги в этот государственный бюджет. Замысел состоит в том (и сейчас это происходит), чтобы провести аудит во всех предприятиях ОПК Украины на предмет их важности для национальной безопасности и эффективности для экономики Украины, и по результатам, оставить в государственном управлении только те предприятия, которые будут признаны эффективными и важными. Остальные предприятия, которые либо находятся в стагнации, или просто не нужны на сегодняшнее время, отдать в приватизацию, для того, чтобы привлечь дополнительные инвестиции в экономику Украины. Преимущество в этом вопросе будет отдаваться, конечно, инвестициям из стран-членов НАТО в контексте нашей взаимоинтеграции.

Упомянутый процесс называется корпоратизация. Он определен нашими партнерами из НАТО как ключевой критерий успешности внедряемой Украиной реформы в сфере ОПК. Базисом для дальнейшей работы является закон об особенностях управления государственной собственностью в сфере ОПК, которым вводится возможность корпоратизации этого сектора экономики. Несмотря на серьезное сопротивление со стороны сторонников «старых добрых советских времен», такой закон должен быть принят, это абсолютный «must», иначе о реформе ОПК и дальнейшую интеграцию в НАТО и говорить не стоит. Однако, я с оптимизмом смотрю в будущее, зная как серьезно настроен на имплементацию этой реформы Комитет национальной безопасности, обороны и разведки Верховной Рады Украины и лично его председатель Александр Завитневич.

— Как решается вопрос импорта вооружения и военной техники и товаров специального назначения для нужд Министерства обороны, сектора безопасности и обороны Украины?

— На сегодняшний день этим тоже занимается ГК «Укроборонпром». В то же время, по результатам проведенного анализа и с учетом рекомендаций наших партнеров НАТО Минэкономразвития и профильный комитет Верховной Рады Украины пришли к выводу, что это не совсем свойственна функция для ГК «Укроборонпром», который должен заниматься управлением оборонной промышленности и отвечать за экспорт продукции оборонного комплекса Украины. Министерство обороны должно осуществлять закупки для собственных нужд. Это значительно упростит, ускорит и удешевит процесс, что очень важно в условиях продолжающейся агрессии со стороны РФ и дефицита государственного бюджета на фоне мирового экономического кризиса, вызванного пандемией коронавируса. Поэтому сейчас рассматривается пилотный проект по созданию в структуре Минобороны органа, который бы напрямую отвечал за закупки для нужд Вооруженных сил Украины. Если все пройдет успешно, этот положительный опыт будет распространен на весь сектор безопасности и обороны Украины.

Конечно, в этом контексте очень важно — и это является одной из ключевых требований наших партнеров по НАТО — реформировать подход к государственному оборонному заказу (ГОЗ). На сегодняшний день все эти процессы реализуются по стандартам, установленным еще во времена Советского Союза, когда все, что касается Вооруженных сил, является большой тайной. Сегодня в Украине и в дальнейшем все, что включается в ДОУ, начиная с туалетной бумаги и заканчивая танками — автоматически становится секретом.

Но, наконец, за последний год Минэкономразвития и Минобороны вместе с Подкомитетом оборонной промышленности Верховной Рады, который возглавляет Игорь Копытин, проведен подробный анализ ДОЗ.

Также был изучен опыт НАТО и пока на втором чтении в украинском парламенте находится новая редакция закона об особенностях государственных оборонных закупок. Это еще один революционный документ, который, собственно, и предполагает совершенно новый подход к подготовке и реализации ДОЗ, максимальное рассекречивание тех позиций, которые не представляют никаких рисков с точки зрения национальной безопасности для того, чтобы позволить большему количеству субъектов экономической деятельности участвовать в соответствующих тендерах и тем самым увеличивать конкуренцию и уменьшать расходы государственного бюджета. А в сфере государственной тайны оставить только те позиции, которые действительно критические и важные с точки зрения национальной безопасности Украины. Рассчитываю, что этот закон будет все-таки принят во втором чтении уже скоро.

— По вашему мнению, почему так долго законопроект не принимается Верховной Радой?

— Потому что это революционная вещь. К сожалению, в нашей стране все еще остается много оппонентов изменений и модернизаций. Но несмотря на то, насколько решительный настрой у «агентов перемен», я убежден, что тем, кто пытается заблокировать принятие этого законопроекта, не получится достичь своей цели.

Любая революционная вещь, как вы видите, очень долго рождается в нашем государстве, потому что очень долго мы жили по другим принципам и очень сложно мы с ними расстаемся.

Когда можно ожидать принятия закона?

— Я верю, что речь идет о неделях.

— А что на фоне такой реформы ОПК, ГК «Укроборонпром» и оборонных закупок ожидает национальную систему экспортного контроля?

— Надлежащее функционирование в государстве системы экспортного контроля — очень важная вещь не только для ОПК, но и с точки зрения позиций Украины на международной арене. В системе экспортного контроля Украины тоже происходят определенные процессы с целью ее оптимизации, разумного упрощения соответствующих процедур — с одной стороны, а с другой — усиление контроля за экспортом чувствительных товаров во избежание ситуации, когда украинские субъекты поставляют вооружение, скажем так, не туда, куда можно, не тому, кому нужно.

На самом деле, система экспортного контроля Украины является одной из лучших в мире. Мы в свое время ее создавали с помощью наших американских партнеров, но пришло время и мы оказались в новой реальности. Сегодня все процессы происходят значительно быстрее, чем это было даже в начале двухтысячного. Мы сейчас с Министерством экономики Украины и Государственной службой экспортного контроля, при поддержке наших американских партнеров активно работаем над тем, чтобы сделать процедуру экспортного контроля в Украине не только надежной, но и максимально быстрой.

Во-первых, речь идет о цифровизации. То есть мы бы хотели отказаться от бумаг и перейти в онлайн-формат, это значительно ускорит соответствующие процессы. Во-вторых, мы серьезно рассматриваем вопрос где бюрократизации и дальнейшее осуществление экспортного контроля по декларативным принципам. То есть вы подаете заявку, и в случае, если вы в течение определенного периода времени не получили отказ или замечания от одного из профильных субъектов, это значит, что вы можете продолжить свой проект. Это лишь несколько элементов, на самом деле их гораздо больше.

Я хочу только проиллюстрировать вам, что мы стараемся и в этом вопросе провести разумную дерегуляцию для того, чтобы стимулировать развитие ОПК Украины, потому что это действительно важный элемент украинской экономики, и Украина традиционно была на передовых позициях, как мировой спецэкспортер. В свое время мы даже были на третьем месте. К сожалению, за последние годы мы откатились серьезно вниз, мы уже даже не в десятке. Но цель новой украинской власти — вернуться хотя бы в пятерку мировых спецэкспортеров. У нас есть для этого все возможности, есть потенциал, нужна только политическая воля, и она есть. Тем более, новоназначенны Глава Госэкспортконтроля Украины Александр Павличенко полон энтузиазма и решимости уже в ближайшее время показать результат.

Сейчас идет работа над новой редакцией закона о государственном контроле за международными передачами товаров военного назначения и двойного использования, в котором будут отражены те позиции, которые я назвал, а также содержаться другие разумные упрощение для субъектов внешнеэкономической деятельности. При этом мы стараемся не потерять надлежащий уровень контроля за этими процессами для того, чтобы своевременно предупреждать возможные нарушения, потому что это действительно имеет серьезное значение с точки зрения имиджа Украины.

— Корпоратизация предприятий ОПК и активизация иностранных инвестиций в него может нести определенные риски с точки зрения национальной безопасности. Какова ситуация с контролем за инвестициями в оборонной отрасли?

— В последнее время мы также серьезно задумались над тем, что либерализация сферы ОПК несет собой риски того, что наши недруги могут воспользоваться ею для того, чтобы взять под контроль определенные отечественные предприятия. Я имею в виду такой новый феномен гибридной войны, как использование инвестиций для захвата контроля над ключевыми секторами страны-объекта. И в связи с этим мы уже работаем над тем, чтобы создать в Украине национальную систему контроля за инвестициями, чувствительными с точки зрения национальной безопасности. В этом нам опять же помогают США.

Разрабатывается соответствующий закон и процедура. Идея заключается в том, чтобы проводить скрининг всех инвестиционных предложений, касающихся предприятий или сфер, которые являются важными для национальной безопасности Украины, с целью недопущения ситуации, когда под благим предлогом вложения средств в украинское государство, по сути, преследуются другая скрытая цель поставить под контроль критическую инфраструктуру Украины.

Хочу сказать, что эта проблема не является уникальной для Украины: я знаю, что очень серьезно над этим начали сейчас думать и в ЕС. Мне приятно отметить, что по этому вопросу мы впереди. То есть это одна из немногих сфер, где мы заимствуем опыт в ЕС, а ЕС может поучиться у нас. Я убежден, что в ближайшее время закон будет принят, и мы создадим еще один предохранитель для тех, кто пытается гибридными методами вернуть Украину в зону своего влияния или установить контроль над нашим государством.

Еще одна новелла, которую мы прорабатываем совместно с Министерством экономики в контексте реформирования ОПК Украины и ГК «Укроборонпром», это наконец-то за последние 20 лет воплощение в Украине практики офсетных схем в реализации военно-технического сотрудничества. В свое время, Владимир Павлович Горбулин в должности секретаря Совета национальной безопасности и обороны Украины начал этот процесс, но он не успел его завершить. И мне очень приятно, что сейчас, фактически через 20 лет после того, как этот вопрос был инициирован, мы наконец вышли на финальную стадию его урегулирования, и разработали соответствующий законопроект, его рабочее название — «О совершенствовании механизмов международной кооперации предприятий оборонно-промышленного комплекса Украины». Он предусматривает предоставление возможности для привлечения иностранных инвестиций в отечественный ОПК и в предприятия-спецэкспортеры. Также он дает право украинским спецэкспортерам (сейчас это ГК «Укроборонпром») приобретать доли в предприятиях иностранного ОПК.

И это очень важно, потому что многие проекты в сфере военно-технического сотрудничества, особенно в азиатско-тихоокеанском регионе, реализуются именно по этому принципу, когда в обмен на какое-то вооружение или военную технику страны-реципиенты отдают доли в своих национальных предприятиях. Это очень перспективная вещь, и я считаю, что, когда сможем принять этот закон, потенциал наших спецэкспортеров значительно укрепится.

Владимир Павлович настаивает еще на одной важной вещи — восстановление опытно-конструкторского потенциала Украины в сфере ОПК путем создания соответствующего агентства. И я считаю, что стоит прислушаться к этому совету. Это тоже передовой опыт НАТО. Возьмите хотя бы Организацию НАТО по исследованиям и технологиям или Агентство оборонных исследований США. Наше государство имеет серьезные возможности для взаимодействия с ними. А это тоже элемент интеграции НАТО, мы просто обязаны задействовать.

— Как продвигается вопрос присоединения Украины к Программе усиленных возможностей НАТО? А именно, как оцените продвижение таких ключевых вопросов, как усиление парламентского контроля над сектором обороны, разведки и безопасности, реформирование разведки в соответствии по стандартам НАТО?

— Процесс присоединения Украины к Программе усиленных возможностей НАТО движется активно. Я не привязывал бы его настолько сильно к тем комплексным реформ в секторе безопасности и обороны Украины, о которых вы сказали. Присоединение к Программе усиленных возможностей важно не только нам, но и нашим партнерам по НАТО с прикладной точки зрения, поскольку это позволит нашим военным значительно расширить свое сотрудничество в сфере сдерживания в регионах общего интереса (таким, например, является Черное море), а также ситуационной осведомленности, что является важным для надлежащего обеспечения национальной безопасности не только Украины, но и стран-членов НАТО. Здесь у нас есть общий интерес. Я убежден, что этот общий интерес позволит нам преодолеть бюрократию.

Этот процесс сейчас активно продолжается. На своем уровне активно работают министры иностранных дел и обороны. Работают дипломаты и военные атташе в странах-членах НАТО. Я лично тоже нахожусь в активных консультациях с партнерами и убежден, что в этом году нам удастся достичь положительных результатов.

Вопросы, связанные с реформой сектора безопасности и обороны, в том числе сектора разведки, Министерства обороны, Вооруженных сил Украины, ОПК являются более важными со стратегической точки зрения для дальнейшего приближения нашего государства к членству в НАТО.

То есть успехи и прогресс на этом направлении мы рассматриваем как наше продвижение к Плану действий относительно членства в НАТО, давно уже находится на нашем горизонте. Вопрос предоставления Украине Плана действий по членству принципиально согласовано в НАТО уже давно, и на сегодняшний день союзникам надо принять лишь тактическое решение. Действительно, для этого они выдвигают ряд требований, среди которых значительный прогресс в реформировании сектора безопасности и обороны Украины, над чем мы активно работаем.

Я уже рассказал о реформировании ОПК и ГК «Укроборонпром», реформирования государственного оборонного заказа. Вы знаете, какие революционные шаги были недавно осуществлены в вопросе реформы Министерства обороны и Генерального штаба Вооруженных сил Украины, разграничение полномочий между министром обороны, главнокомандующим Вооруженных сил, начальником Генерального штаба и командующими видами войск. Мы, по сути, уже перевели наше оборонное ведомство на стандарты НАТО. Нам остается осуществить еще несколько шагов с целью воплощения в Генеральном штабе Вооруженных сил Украины так называемой J-структуры, которая присуща всем странам-членам НАТО. Но это уже больше технический, чем политический вопрос. Политические шаги уже были сделаны: соответствующий закон принят, Президент его подписал, то есть здесь мы действительно демонстрируем серьезный прогресс.

Реформа сектора разведки — критический для нашей интеграции в НАТО вопрос, поскольку без развития надлежащего уровня доверия между разведывательным сообществом НАТО и Украиной невозможна полноценная интеграция в принципе. Я об этом говорил и продолжаю на этом настаивать. С этой целью мы в свое время начали эту реформу сектора разведки Украины в соответствии со стандартами НАТО. Рад констатировать, что она продолжается.

Новый революционный проект закона о разведке, первую редакцию которого мы в свое время разработали вместе с начальником Главного управления разведки Минобороны Василием Бурбо при консультативной помощи НАТО, сейчас находится на рассмотрении в Верховной Раде Украины. Я рад, что генерал Бурба продолжает активно продвигать стандарты НАТО в украинской разведке и отстаивать новый закон о разведке от имени всего украинского разведсообщества. Важно, что в Службе внешней разведки Украины этим вопросом также занимается очень талантливый и прогрессивный человек — заместитель Председателя Екатерина Сляднева, в свое время помогла вырастить первую редакцию упомянутого закона.

Я буквально вчера встречался с коллегами из профильного комитета, они оптимистичны относительно того, что в этом году этот закон будет принят. Нам по сути, помешал коронавирус, который заблокировал работу парламента и поэтому то, что мы уже должны сделать, будет сделано чуть позже. В этом нет никаких сомнений, ведь у этого «поезда» есть волшебный одновременно грамотный и упорный «локомотив» — глава профильного подкомитета Верховной Рады Марьяна Безуглая.

Реформа Службы безопасности Украины — очень серьезный и важный вопрос. Но я хочу констатировать, и я это лично знаю, что и президент Украины, и нынешний глава СБУ Иван Баканов решительно настроены на то, чтобы осуществить этот очередной важный шаг.

Вот вы спрашиваете, почему так долго? Потому что это революционная вещь, поэтому она очень долго готовится, но когда произойдет, это станет прорывом, и я убежден, что этот прорыв произойдет и в вопросе СБУ.

Нам очень серьезно помогают наши партнеры из НАТО. Хотел бы поблагодарить Великобритании за активную роль и поддержку процесса реформы Службы безопасности Украины. Я очень оптимистично смотрю в будущее, несмотря на то, что на днях проект закона о Службе безопасности Украины был отправлен на повторные обработки в комитет. Но я знаю о том, насколько решительно настроенные члены этого комитета на достижение ощутимого прогресса уже в ближайшее время, и поэтому я с оптимизмом смотрю в будущее, и я убежден, что этот закон все-таки будет принят.

— Вы отметили, что вопрос присоединения Украины к Программе усиленных возможностей будет решен в этом году. Про какие возможные даты и события, где такое решение может быть принято?

— Конечно, для этого нужно будет событие. Соответствующие решения принимаются на высоком политическом уровне, и площадка для принятия такого решения — это всегда событие, то есть это будет или заседание министров иностранных дел или министров обороны стран НАТО в формате Украина-НАТО.

Мы сейчас готовим соответствующие решение, завершаем соответствующие процедурные вопросы, и рассчитываем, что на одном из мероприятий на соответствующем уровне в этом году соответствующее решение будет принято, по крайней мере президент Украины поставил нам такое поручение, и мы над этим активно работаем. И дипломаты, и военные, и народные депутаты из профильного комитета Верховной Рады — каждый по своей линии, но в тесной координации.

— Кстати, весенняя сессия Парламентской ассамблеи НАТО впервые должна была состояться в Киеве 22-25 мая, но была перенесена на более позднее время из-за пандемии коронавируса. Что вам известно о примерных датах, на когда она перенесена?

— Да, опять нам помешал коронавирус. Мы были полностью готовы, все подготовительные процессы были завершены, мы уже ждали гостей, мы даже готовили специальную резолюцию по Украине и будущего Украины в НАТО. К сожалению, пандемия изменила ситуацию, но я хотел бы подчеркнуть, что она не разрушила наши планы, а лишь отсрочила соответствующие процессы.

Мы сейчас в переговорном процессе с Парламентской ассамблеей НАТО для того, чтобы определить новые даты, когда эта сессия таки состоится в Украине. То есть мы не говорим об отмене сессии Парламентской ассамблеи НАТО в Киеве, мы говорим о его переносе на другие сроки в связи с общемировым кризисом, связанной с пандемией коронавируса.

— Речь идет про этот год?

— Сейчас мы в переговорах. Их проводит наша постоянная делегация в Парламентской ассамблее НАТО во главе с Егором Черневым.

Не только мы, все страны мира не могут четко планировать свое будущее, потому что коронавирус еще не преодолен. Так, санитарно-противоэпидемические мероприятия во многих странах упрощаются, но не отменяются, и очень много раздается голосов настороженно относительно того, что другие волны (пандемии — ИФ) исключать нельзя.

Поэтому для того, чтобы осуществить уверенное планирование, на какие даты мы переносим эту ассамблею, нам надо четкое понимание с эпидемической ситуацией в мире. Впрочем, я уверен в том, что наш депутатский «десант» в ПА НАТО и на этот раз отработает «на все 100».

— Как вы оцениваете перспективу предоставления Украине статуса главного союзника США не члена НАТО (Major non-NATO ally)? Насколько это для нас важно и реально? Стоит ли Украине настаивать на этом?

— Мы готовы ко всем форматам взаимодействия, которые приближают нас к нашей ключевой цели, которой является членство в НАТО. Есть разные мнения, даже в Вашингтоне, относительно того, приблизит ли такой шаг Украину к НАТО, нужен ли он Украине, учитывая то, что на практическом уровне наше взаимодействие с Соединенными Штатами Америки выходит значительно дальше такого формата. Поэтому и в Киеве, и в Вашингтоне сейчас этот вопрос продолжает активно изучаться, впрочем, сквозь призму того, насколько этот шаг приблизит в дальнейшем Украину с НАТО и добавит к реализации нашей конечной цели – приобретения членства в Альянсе, которую активно поддерживают наши американские партнеры.

— Президент США вынес на рассмотрение Сената кандидатуру нового посла США в Украине — Кита Дейтона. Как вы оцениваете это возможное назначение?

— Это человек, который уже сделал для Украины очень много. Он возглавлял группу стратегических советников, которые и помогли нам выйти на тот уровень реформы сектора безопасности и обороны, на котором мы сейчас находимся. Генерал Дейтон, кстати, очень хорошо знает Украину, очень любит нашу страну, и я убежден, что на новой должности, когда Сенат утвердит его кандидатуру, он сделает еще больше для нашего государства и для развития стратегического партнерства между Украиной и США. Я лично очень доволен таким решением президента США и громко ему аплодирую.

— Будет ли благоприятным такое назначение углублению военного сотрудничества, закупки оружия из США, несмотря на то, что Дейтон — генерал-лейтенант в отставке и 40 лет служил в армии?

— Конечно. Потому, хотел бы повторить, что именно Дейтон сделал очень много для того, чтобы мы с нашими партнерами из США вышли на тот уровень доверия, который позволил бюрократической машине в Вашингтоне принять положительное решение о возможности передачи Украине высокотехнологичного оружия производства США, я имею в виду Javelin, катера типа Island и другие моменты.

— Как пандемия повлияла на военно-техническое сотрудничество Украины с США и другими странами, а также с НАТО? Какие планы по закупке оружия?

— Планы есть. Работа ведется. Я рад, что именно в этом вопросе пандемия влияния не имела.

— О каком именно вооружение идет речь?

— Я не хотел бы углубляться в детали всех этих вопросов, поскольку они в определенной степени чувствительны. С другой стороны, мне кажется, что правильнее было бы, если бы эти вещи комментировало Министерство обороны Украины. Я, как внешнеполитическое ведомство, могу вам сказать, что процессы продолжаются, мы в активном взаимодействии, и Министерство иностранных дел здесь тоже присутствует, и мы продолжаем ощущать положительные результаты от всех этих процессов.

— В декабре прошлого года Украина сделала первую закупку через Агентство НАТО по поддержке и снабжению (NATO Support and Procurement Agency — NSPA). Что нам дает сотрудничество с этим агентством и известно вам, оно продолжаться?

— Да, наша цель по результатам реформ нашей оборонной промышленности и ДК «Украоборонпром» в соответствии со стандартами НАТО — добиться, чтобы мы не только могли закупать через упомянутое Агентство НАТО, но и чтобы украинский производитель присутствовал в ее Каталоге, то есть чтобы нас приняли в цепь поставок продукции оборонного назначения для стран-членов НАТО. Это открывает существенный потенциал, но это и требует серьезных реформ. Именно та реформа, концепция которой сейчас завершена, которая должна начаться в ближайшее время, и должна нам открыть дорогу к этому каталогу.

Мы, как внешнеполитическое ведомство активно работаем над тем, чтобы обеспечить принятие в НАТО соответствующего положительного политического решения. В Альянсе на сегодня уже есть принципиальная готовность по этому поводу, не хватает от нас имплементации в нашей национальной оборонной промышленности стандартам НАТО.

— Недавно украинские транспортные самолеты Antonov Airlines «Мрия», «Руслан» доставляли в разные страны мира медицинские материалы, оборудование. Есть еще дальнейшие подобные планы помощи странам членам Альянса?

— За последнее время нам удалось сформировать в НАТО такой уровень доверия к нам, что на сегодня по факту украинские тяжелые самолеты компании «Антонов» выполняют 100% стратегических авиаперевозок в интересах НАТО.

Если вы помните, в свое время мы делили этот контракт с Россией, и доля России в нем была значительно больше. Поведение Кремля, которую мы наблюдаем в последнее время, и беспрецедентная агрессия, развязанная Москвой против Украины, изменила ситуацию. Россия потеряла доверие НАТО, и Альянс предстал перед ситуацией, когда такую ​​важную сферу, как стратегические авиаперевозки невозможно оставлять под контролем агрессора. В этом контексте мы начали работу (я тогда еще руководил Миссией Украины при НАТО) о том, чтобы полностью заменить украинскими российские мощности в рамках проекта НАТО по стратегическим авиаперевозкам. И нам это удалось. На сегодняшний день 100% этих перевозок обеспечиваются украинскими самолетами.

И именно поэтому вы так много слышите и видите, как украинская «Мрия» и украинские «Русланы» прилетают в Канаду, Польшу, Германию, Францию ​​и т.д. Это является следствием того, чего в свое время мы достигли в нашем партнерстве с НАТО.

— Как это укрепляет наше сотрудничество с Альянсом? Возможно открывает какие-то перспективы?

— Мы почувствовали, что если бы в Украине было больше возможностей в сфере стратегических авиаперевозок, мы могли бы оказать большую поддержку нашим партнерам по НАТО. Поэтому мы сейчас серьезно задумываемся над тем, каким образом нам реформировать государственное предприятие «Антонов» для того, чтобы вернуть наши позиции на мировом рынке авиастроения.

Миру нужно больше транспортных самолетов, так как эти услуги востребованы, и мы здесь имеем серьезный потенциал. Поэтому сейчас принимаются меры для возобновления строительства в Украине не только тяжелых самолетов, но и средних и малых. Есть определенные наработки с рядом стран.

Мы могли бы начать соответствующий проект с НАТО, создав для него собственный тяжелый транспортный самолет. Почему бы и нет? Конечно, это серьезные инвестиции, сложная работа. Но, как вы слышали, президент сказал, что его мечта, чтобы в Украине был еще один свой самолет, и он был широко представлен на международной арене. У нас есть все шансы.

У нас не смогли украсть конструкторское бюро «Антонов» и его потенциал. Мы, при наличии политической воли, можем вернуть себе этот актив в полной мере. И мы, я убежден, это сделаем.

— На осень в Украине запланированы местные выборы. Ожидает ли Украину усиление дестабилизации ситуации в Украине со стороны РФ?

— Конечно. Ведь Россия не отказалась от своей конечной цели — вернуть нас в свою орбиту и зону влияния. Но мы свой выбор уже сделали, и конечно, мы продолжим прокладывать свой путь, несмотря на все попытки РФ сбить нас с него любыми методами. Им, я убежден, это не удастся, потому что произошли цивилизационные изменения в сознании украинского общества, и вернуть нас назад просто невозможно, украинцы этого не воспримут и не допустят.

— Однако, готовитесь ли к увеличению российских кибератак и как планируете давать им отпор?

— Мы не просто готовимся, мы находимся on constant alert (в состоянии постоянной готовности — ИФ), потому что атаки продолжаются, они постоянны, и мы понимаем, что эта угроза будет возрастать.

Поэтому я всячески аплодирую тому, что наконец при Совете национальной безопасности и обороны Украины заработал национальный координационный центр по кибербезопасности, практической работой которого руководит хороший специалист Сергей Демидюк. Мы помогаем им в налаживании международного взаимодействия, нам удалось за последнее время выйти на определенный уровень взаимопонимания с американскими, британскими, японскими партнерами. И я уверен, что наши возможности в сфере кибербезопасности наращиваются.

Мы, как Министерство иностранных дел, тоже полагаемся всячески на наших друзей и защитников с этого Национального координационного центра и Службы безопасности Украины: они защищают нас, а мы помогаем им нарастить их возможности, привлечь международный опыт, расширить их международное партнерство для того, чтобы дать им больше возможностей защищать нас. То есть это общий интерес, работа идет активная, и она уже имеет определенные результаты.

— Украина сейчас председательствует в Форуме безопасности сотрудничества ОБСЕ. Чего вы ожидаете от этого и какие планы, стратегическая цель Украины на данный момент?

— Стратегическая цель — не позволить РФ избежать политической ответственности за свои агрессивные действия, которые противоречат всем принципам и нормам сосуществования в современном мире. Поэтому на повестке дня в любом контексте и формате остается и будет оставаться вопрос российской агрессии против Украины и нарушения ею всех своих обязательств.

Я вам могу сказать, что российская дипломатия, которая, кстати является очень опытной и мощной (следует это отметить), пытается очень активно противодействовать этому. Но пока им этого сделать не удалось, и я убежден, что и не удастся, потому что правда — на нашей стороне, а международная поддержка Украины остается непоколебимой. И уже несколько мероприятий произошло, на которых мы поднимали соответствующие вопросы, а российская делегация настаивала на том, что они не касаются повестки дня. Однако российская позиция категорически не воспринималась партнерами по ОБСЕ, которые решительно продолжали политическое давление на РФ, поскольку мы все еще надеемся, что Кремль придет в себя и все-таки сконцентрируется больше на своих внутренних проблемах и откажется от нежелательной и ненужной «опеки» соседних независимых государств, в частности, Украины, Грузии, Молдовы, Беларуси.

— Существуют ли во время таких заседаний попытки навязывания российской риторики?

— Абсолютно. Российская делегация пользуется любой возможностью для того, что зафиксировать известный нарратив о том, что «в Украине идет гражданская война», что «Россия не имеет никакого отношения к этой ситуации».

Все хорошо знают, кто является причиной войны на Востоке Украины, все хорошо знают, кто поддерживает и направляет боевиков, дестабилизирующие ситуацию на Востоке Украины, все хорошо знают, кто оккупировал Крым, для чего, и что там сейчас происходит. И поэтому параллельная реальность, в которой российская сторона продолжает существовать и которую настойчиво навязывает другим, не является жизнеспособной. Все абсолютно четко понимают, что происходит, но цивилизованные страны решают конфликты другими методами, чем военными. Поэтому нашим оружием остается дипломатия, экономическое давление. Мы благодарны нашим международным партнерам, что они с нами и они решительно настроены на то, чтобы оставаться с нами, несмотря на все попытки российской дипломатии изменить статус-кво.

— Какова ситуация с назначением председателя Представительства Украины при НАТО? Почему так долго не назначают посла? Что известно о вероятной кандидатуре?

— Предложения Министерства иностранных дел по этому поводу находятся на рассмотрении президента Украины. Зная, какое внимание президент Украины уделяет нашему взаимодействию с НАТО, я убежден, что в ближайшее время он примет решение.

Источник: Интерфакс-Украина

Читайте Информационный навигатор так же в социальных сетях:

Telegram

Facebook

Twitter

Лента

Чем чревато возвращение Навального

Задержание Навального по прилету из Германии говорит в пользу нового витка противостояния между российскими спецслужбами. Об этом пишет Владислав Гирман...

Актуально